«Ты можешь заткнуться!» Беата Йоните снова оказалась в центре внимания — на этот раз с супердорогими часами 0
Правозащитница Беата Йоните в последнее время неоднократно оказывалась в центре внимания пользователей социальных сетей. Она работает в неправительственном секторе и публично говорит о роли НПО и их вкладе в общество. Недавно широкие дискуссии вызвало и видео, на котором Йоните видна вместе с министром иностранных дел Байбой Браже — министр везла Йоните на багажнике велосипеда.
Теперь внимание привлёк совсем другой фрагмент публичного выступления Йоните. Правда, в центре обсуждения на этот раз оказалось не то, что она сказала, а часы на её руке.
Один из пользователей платформы “X” заявил, что Йоните носит “Cartier Tank Française” стоимостью примерно 5500 евро. Автор публикации связал это с рассказом Йоните о добавленной ценности, создаваемой НПО, и иронизировал, что налогоплательщики работают, НПО “создают ценность”, а “Cartier тихо тикает на руке”.
Публикация набрала десятки тысяч просмотров, и дискуссия очень быстро стала весьма накалённой. Часть комментаторов упрекала Йоните в возможной демонстрации дорогих статусных вещей, другие же указывали, что по некачественному видео вообще невозможно определить ни производителя часов, ни конкретную модель.
В обсуждение включилась и сама Йоните.
“Во-первых, это не часы Cartier. Ещё глупее, чем высказывать упрёки по поводу того, кто во что одет, — делать это некорректно.
Во-вторых, существует и такая вещь, как подарки или вещи, переданные семьёй. В-третьих, лучше прислушайтесь к тому, что я говорю, а не смотрите на мои вещи,” — ответила она.
Однако этим объяснением спор не закончился — напротив, ответ Йоните вызвал новую волну комментариев.
“Тогда можно было бы подробнее объяснить, что это за брендовые часы и кто их подарил?” — спросил один из комментаторов.
Другой иронизировал над призывом Йоните сосредоточиться на её словах, перефразировав это так: “Не смотрите на мои дела, слушайте мои слова!”
Ещё одна комментаторша в дискуссии упомянула английское выражение “champagne socialists”, которым обычно характеризуют людей, публично выступающих за социальное равенство, но при этом живущих в достатке. Впрочем, следует отметить, что такой ярлык — это оценка комментаторши, а не факт о Йоните.
Некоторые комментарии были уже значительно жёстче. “Или ты могла бы просто заткнуться, тогда нам не пришлось бы слушать то, что ты говоришь. Win-win,” — написал Йоните один из пользователей “X”. Йоните не осталась в долгу с ответом: “Как насчёт нет?”
Другие участники дискуссии вспомнили и недавний эпизод с велопоездкой с Байбой Браже. В то же время не обошлось и без людей, вставших на сторону Йоните и посчитавших, что обсуждение её личных вещей зашло слишком далеко.
Особенно острая ситуация возникла, когда один из комментаторов в своём ироническом “переводе” слов Йоните высказал необоснованное и очень тяжёлое утверждение о её матери. Йоните отреагировала на это немедленно: “Что, пожалуйста, сделала моя мать? Прочитайте, пожалуйста, статью 157 Уголовного закона, прежде чем вообще позволяете себе публиковать в интернете что-то подобное.”
Нет оснований повторять это утверждение комментатора как факт — сама публикация не предлагает никаких доказательств его правдивости.
Тем временем и первоначальное утверждение, с которого началась вся эта шумиха, а именно что у Йоните на руке “Cartier” стоимостью примерно 5500 евро, оказалось необоснованным. Сама Йоните категорически указала, что это не “Cartier”, и несколько комментаторов также обратили внимание на отличия часов.
По внешнему виду часы скорее напоминают модель серии “Longines DolceVita” с прямоугольным корпусом и двухцветным металлическим браслетом. Также в найденном пользователем предложении “Longines” видны часы “DolceVita” очень похожего дизайна.
Цены, однако, существенно различаются в зависимости от конкретной версии.
Например, в интернет-магазине “Longines” кварцевая модель 20,80 x 32 мм стоит 2450 евро, а другая похожая версия — 4850 евро. В свою очередь, модели 23,30 x 37 мм представлены по цене 2550 и 5850 евро.
Между тем сама Йоните, судя по её ответам, не намерена избегать острой дискуссии. Её главный посыл критикам остался неизменным — оценивать её слова и работу, а не пытаться по кадрам из видео определить, сколько стоят принадлежащие ей вещи.
