Налог на торф вырастет в пять раз. Про древесину, песок и гравий тоже не забыли 0
В поисках способов срочного пополнения бюджета власти совсем перестали учитывать последствия для латвийской экономики. Свежий пример — принятые поправки к Закону о налоге на природные ресурсы.
Главный наш приоритет на ближайшие годы — увеличение доходной части бюджета, чтобы изыскать деньги на оборону. И тут все средства хороши: если прямо сейчас получается выдоить какую-то сферу досуха, значит это будет сделано непременно. Без раздумий о последствиях, ибо может случиться так, что в долг (который стремительно растет) нам скоро давать перестанут или будут давать неохотно. Отсюда и «конгениальные» решения, которые дадут казне сиюминутную выгоду, но в перспективе выйдут боком нашей экономике.
Речь о поправках к Закону о налоге на природные ресурсы (НПР), которые без всякого согласования в латвийскими отраслями были включены в пакет бюджетных законопроектов.
В соответствии с ними с 2027 года ставка НПР на торф увеличится в пять раз (!) – до 3,5 евро за тонну. Для необработанной древесины, реализуемой за пределами ЕС и Европейской экономической зоны для коммерческих целей, будет установлена ставка НПР в размере 75 евро за кубометр, а с 2028 года она увеличится до 115 евро за кубометр. Ставка НПР на песок и смесь песка с гравием уже со следующего года вырастет на 25%. Как с удовлетворением отметило наше загадочное Министерство климата и энергетики, налог с 0,7 евро за тонну возрастет на 10 центов за кубометр, что позволит бюджету 2026 года получить дополнительные доходы в размере 0,5 млн евро. Так что строителям, чтобы минимизировать расходы, возможно вскоре придётся импортировать песок и гравий из Скандинавии и Польши…
В общем — ура, ура, все получилось и, возможно, мы сможем слегка заштопать бюджетные дыры. Но радоваться тут особо нечему. Ведь, по сути, нашей торфяной отрасли подписали смертный приговор.
Мы уже много раз писали, что последние пять лет наше государство является одним из крупнейших в мире экспортером торфа, который успешно продается в десятки стран, давая работу более 5000 человек. Причем там, где с работой особенно туго — в Латгалии. Ни одна другая страна Евросоюза не может похвастать такими залежами торфа, как у нас. Только разведанные наши запасы оцениваются экспертами в полтора миллиарда тонн и стоят 4 миллиарда (!) евро.
Важный нюанс: мы продаем не энергетический торф, используемый для обогрева (что не экологично), а субстраты из него, которые являются отличным удобрением. В Китай, Германию, Польшу, Италию, Нидерланды, Бельгию, Латинская Америка. Объемы колоссальные, а перспективы до сих пор были самые радужные. Достаточно отметить, что латвийский торф обеспечивает около трети всего садоводческого субстрата Европы.
Но теперь, судя по всему, все это накроется медным тазом, так как производителей просто задавят новым налогом. Аргументы уж найдутся — острая необходимость снижать вредный парниковый эффект в рамках навязанной нам ЕС «зеленой повестки», так как, по подсчетам Министерства топлива и энергетики, именно торф создает около 10% парниковых выбросов. А раз так — платите. Не суть важно за что — за топливные брикеты или за удобрения. Платите и точка…
К чему это приведет, понятно. Часть предприятий не смогут свести концы с концами и будут вынуждены попросту уволить людей и закрыть производство в результате чего казна не выиграет ровным счетом ничего.
С гравием, песком и необработанной древесиной та же история. Выгоды совершенно неочевидны. Никто из политиков, проголосовавших за принятие поправок, не удосужился оценить их влияние на строительную отрасль (хотя, казалось бы, очевидно, что увеличение НПР на песок и гравий напрямую на ней скажется и удорожит реализацию того же проекта Rail Baltica) и на экспорт в контексте экономики регионов. Налог на торф и древесину больно ударит по регионам, где ведется его добыча и лесозаготовка. И прежде всего по Латгалии. На кону — конкурентоспособность, которая будет падать, и рабочие места, причем там, где работы и без того не хватает.
Но правительству это, похоже, до лампочки. Ему нужны деньги, а дальше будь что будет. И вообще — экология и защита окружающей среды это наше все! Хотя, прикрываясь «зеленой повесткой», власти откровенно лукавят. К природе повышение НПР никакого отношения не имеет, поскольку все поступления от него являются не целевыми (для решение экологических проблем отраслей), а зачисляются в общий бюджетный котел государства.
И остаётся в воздухе вопрос: не случится ли так, что государство в конечном счёте окажется в проигрыше у разбитого корыта…
