«Больше никаких отговорок!» Смилтенс комментирует решение Конституционного суда о русском языке в общественных СМИ 0
Использование русского языка в общественных медиа больше нельзя будет обосновывать толкованиями закона, так прокомментировал решение Конституционного суда представитель заявителей, депутат Сейма Эдвардс Смилтенс (AS).
«Должен ли русский язык обязательно присутствовать в общественных медиа Латвии? Конституционный суд говорит ясное и недвусмысленное нет! Использование русского языка в общественных медиа больше нельзя будет обосновывать толкованиями закона.
У общества теперь есть полное право требовать такой политики общественных медиа, которая соответствует безопасности Латвии и укреплению латышского языка! Больше никаких отговорок и проволочек!» — заявил Смилтенс.
30 марта Конституционный суд (КС) провозгласил окончательное и не подлежащее обжалованию решение по делу, возбужденному по заявлению депутатов фракций Национального объединения и «Объединенного списка» в Сейме о нормах Закона об общественных электронных средствах массовой информации и управлении ими, касающихся использования языков национальных меньшинств в общественных медиа.
По мнению заявителей, установленная оспариваемыми нормами обязанность общественных электронных СМИ создавать радиои телевизионные программы определенного объема на языках национальных меньшинств уменьшает ценность латышского языка как единственного государственного языка в демократическом обществе и угрожает государственной безопасности. Поэтому оспариваемые нормы, по их мнению, не соответствуют словам, содержащимся во введении к Конституции: «латышский язык как единственный государственный язык», а также статье 4 Конституции.
КС признал, что регулирование, касающееся создания контента общественных медиа на языках национальных меньшинств, не соответствует Конституции. Суд подчеркнул агентству LETA, что именно законодатель, уважая независимость общественных медиа и редакционную свободу, должен обеспечить, чтобы при создании контента общественных медиа сбалансированно защищались и латышский язык, и права лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, и государственная безопасность.
«LSM, SEPLP и Министерство культуры обосновывали использование русского языка в общественных медиа как обязательную обязанность, вытекающую из закона, а не как право выбора. Мы считаем, что такое толкование закона противоречит закрепленному в Конституции положению о латышском языке как единственном государственном языке.
Поэтому вместе с другими депутатами Сейма мы обратились в Конституционный суд», — заявил Смилтенс. «Сегодня Конституционный суд сказал свое слово — ясно и недвусмысленно. Постоянное присутствие русского языка в общественных медиа больше не является безобидным вопросом доступности информации для не владеющих латышским языком, а представляет собой манипулятивный инструмент укрепления иной идентичности и лояльности России. Это инструмент, который разрушает единое пространство ценностей и — объективно — создает риск для суверенитета Латвийского государства.
И именно поэтому этот вопрос не является формальным. Это вопрос конституционного характера — о самоопределении государства, о его информационном пространстве и о национальной безопасности Латвии. Спасибо судьям Конституционного суда за серьезный и ответственный подход. Теперь работа за Сеймом».
КС указал, что основы Латвийского государства и его национально-культурную идентичность определяет латышский язык как единственный государственный язык, без которого невозможно существование государства, закрепленного в Конституции.
«Латвия — единственное место в мире, где может быть гарантировано существование и развитие латышского языка и, следовательно, основной нации сквозь века», — подчеркнул КС.
Конституционная миссия общественных медиа — укреплять ценности, характерные для демократического государства, в том числе заботиться о латышском языке, способствуя формированию у жителей чувства принадлежности к Латвийскому государству, подчеркнул КС.
В суде добавили, что из сущности конституционной идентичности Латвийского государства вытекает принцип, согласно которому контент общественных медиа в своей основе должен быть на латышском языке, чтобы он действительно служил общим языком общения и демократического участия для всего общества, включая национальные меньшинства.
В свою очередь, отступление от этого принципа допустимо лишь для выполнения других обязанностей государства, вытекающих из Конституции, и только в таком объеме, который не угрожает статусу и функциям государственного языка.
В то же время, как подчеркнул КС, Латвия как демократическое правовое государство уважает национальные меньшинства и их право сохранять и развивать свой язык и культуру, что закреплено в Конституции.
Суд указал, что государство должно принимать соответствующие меры для обеспечения доступа национальных меньшинств к медиа, содействовать толерантности и культурному разнообразию. Однако объем обязанностей государства в отношении обеспечения прав национальных меньшинств зависит от фактической ситуации конкретного меньшинства в государстве, например, от численности, распространенности языка, доступности медиа, желания и способности самостоятельно обеспечивать доступ к информации на своем языке, а также от других обстоятельств, пояснил КС.
В конкретном деле КС установил, что русский язык в латвийских СМИ является самодостаточным — коммерческие медиа на русском языке по-прежнему широко доступны. Кроме того, существуют печатные, аудиовизуальные и цифровые медиа, а также десятки программ электронных СМИ других государств, предлагающих контент на русском языке.
«Следовательно, существование соответствующего языка меньшинства, а также сохранение и развитие национальной идентичности не находятся под угрозой, и лица, принадлежащие к русскому национальному меньшинству, способны эффективно осуществлять свои права в медиапространстве без специальной государственной поддержки», — заключил КС.
Суд, среди прочего, указал, что существуют и такие национальные меньшинства, язык которых не является самодостаточным. При этом из Конституции вытекает обязанность государства содействовать доступу таких меньшинств, особенно малочисленных, к общественным медиа, чтобы они могли сохранять и развивать свой язык, культуру и национальную идентичность.
В то же время, чтобы общественное медиа обеспечивало контент на языках таких меньшинств, существенным является и их собственное желание сохранять и развивать указанные ценности, а также по мере своих возможностей участвовать в достижении этой цели, подчеркнули в суде.
Также, исполняя обязанность государства содействовать доступу таких меньшинств к общественным медиа, следует, среди прочего, оценивать, доступны ли соответствующим меньшинствам СМИ на их языке, добавили в суде.
Оценивая оспариваемые нормы, суд подчеркнул, что необходимо учитывать и конституционную обязанность государства заботиться о своей безопасности, поскольку только таким образом возможно гарантировать существование Латвийского государства и его демократического строя.
«Осведомленность каждого лица о важных вопросах государственной жизни является основой государственной безопасности и направлена на формирование сплоченного общества», — напомнил КС, добавив, что общественные медиа играют значительную роль в контексте государственной безопасности, что включает обязанность обеспечивать объективную и независимую информацию на языках национальных меньшинств по существенным вопросам государственной жизни.
Более того, это касается и такого меньшинства, язык которого в медиапространстве Латвии является самодостаточным, а именно русского языка, признал КС.
Суд также подчеркнул, что проведение агрессивной и враждебной военной пропаганды и дезинформационных мероприятий является одним из главных направлений деятельности России, направленной против Латвии и стран Балтии. Прогнозы свидетельствуют, что Россия будет продолжать такие действия.
«Поэтому в случаях, когда, например, необходимо обеспечить защиту общества от пропаганды и дезинформации, именно общественные медиа должны предоставлять основанную на фактах объективную информацию и разъяснять ее политический, правовой и социальный контекст», — подчеркнул КС.
В интересах государственной безопасности предоставление информации на языках национальных меньшинств, в том числе на русском языке, должно быть соразмерным угрозе государственной безопасности, целенаправленным и обоснованным объективной необходимостью, а также не должно угрожать статусу и функциям латышского языка, резюмировал КС.
Суд также пришел к выводу, что содержание оспариваемых норм является слишком широким. Они допускают, что посредством Латвийского общественного медиа по существу могут не обеспечиваться права таких национальных меньшинств, язык которых не является самодостаточным в медиапространстве и которым необходима особая защита. В то же время в отношении прав того меньшинства, язык которого в медиапространстве Латвии является самодостаточным, оспариваемые нормы допускают необоснованное отступление от принципа, согласно которому контент Латвийского общественного медиа в своей основе должен создаваться на латышском языке.
«Недопустимо, чтобы права лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам, осуществлялись за счет государственного языка», — указал КС.
С учетом сказанного оспариваемые нормы не обеспечивают надлежащего баланса между установленными Конституцией обязанностями государства защищать латышский язык, права национальных меньшинств и государственную безопасность, признал суд.
Оспариваемое регулирование признано недействительным с 1 мая 2027 года, предоставив Сейму разумное время для оценки того, какое правовое регулирование в процессе создания контента общественных медиа наиболее полно сбалансирует указанные обязанности государства.
