ВИДЕО. «Мне страшно, очень страшно!» Победительнице «Через тернии к…» Элине назначен запрет на приближение, однако суд упустил одну важную деталь 0
Соседские споры обычно начинаются из-за шума, использования двора или разногласий по бытовым вопросам, однако в Лимбажи один конфликт зашёл гораздо дальше — до суда, полиции и временной защиты от насилия. Двум женщинам запретили приближаться к соседке, хотя их места жительства находятся всего менее чем в четырёх метрах друг от друга, сообщила программа Латвийского телевидения «4. studija».
Победительнице социального проекта “Caur ērkšķiem uz” Элине Лилиентале суд запретил приближаться к месту жительства соседки ближе чем на 50 метров. Однако сама Элина указывает на проблему, которая делает это ограничение очень сложным для исполнения — оба дома находятся всего примерно в 3,9 метра друг от друга.
«Элина вместе с сожительницей, мамой и тремя маленькими детьми живёт менее чем в четырёх метрах от места жительства соседки — в соседнем доме», — констатировала программа.
Элина рассказывает, что в судебном решении фактическая ситуация на участке не была должным образом отражена. «Я даже не увидела, что в решении суда вообще был указан мой адрес. Был указан адрес дома истицы, но не было указано, что мой дом находится на расстоянии 3,9 метра», — рассказала она.
По словам Элины, у обоих домов общий двор и бытовая инфраструктура. «Двор один, мусорные контейнеры одни. Здесь всё общее для обоих домов», — указала она.
Женщина считает, что практически не в состоянии обеспечить установленную судом дистанцию в 50 метров. Более того, она боится, что нахождение в собственном месте жительства может привести к повторному вмешательству полиции.
«Я, даже если захочу, не могу это соблюдать, потому что это расстояние слишком маленькое. Сейчас у меня вообще нет гарантии, в какой момент снова вызовут полицию и задержат меня во второй раз», — сказала Элина.
По её словам, пребывание во дворе собственного дома уже однажды закончилось вызовом полиции и задержанием на 14 часов.
«Мне страшно с того дня, когда меня задержали. Страшно. Очень страшно», — эмоционально рассказала Элина программе.
Ещё более жёсткое ограничение установлено для её сожительницы Литы — ей нельзя приближаться к соседке ближе чем на 100 метров. Поэтому дать интервью у дома женщина тоже не могла.
«Почему мы не можем записать интервью у дома? Потому что решением суда мне установлен запрет на приближение в 100 метров. Значит, сейчас мы пойдём на 100 метров, чтобы поговорить», — рассказала Лита.
Она не отрицает, что между соседками был конфликт, однако считает, что нынешние ограничения несоразмерны и очень существенно влияют на повседневную жизнь семьи.
«Мы не можем вынести мусор, мы не можем выйти с детьми во двор, мы не можем ничего. Всё дошло до того, что нам приходится находиться на работе, у знакомых, на улице. Примерно спать в машине, лишь бы не быть дома», — охарактеризовала ситуацию Лита.
В свою очередь соседка Гита, которая обратилась в суд и попросила установить временную защиту, видит ситуацию иначе. Она рассказала «4. studijai», что до обращения в полицию пережила преследование и угрозы.
«Всё началось с того, что за мной начали следить, что за моей машиной ездили сзади — за моей машиной. Потом ещё были угрозы и такие вещи. Я решила, что это уже слишком, и пошла в полицию», — сказала Гита.
Одновременно она подчеркнула, что не возражает против нахождения Элины по месту её собственного жительства, если только они не сталкиваются друг с другом.
«Я в полиции сказала, что не возражаю, чтобы она приезжала домой, чтобы она поднималась наверх и тому подобное. Лишь бы я её не встречала, она меня не встречала, и всё в порядке», — рассказала Гита.
В споре также возник вопрос, можно ли вообще применять временную защиту от насилия к людям, которых связывают только соседские отношения.
Элина указала, что у неё с Гитой нет ни родства, ни брака, совместного проживания или других подобных отношений. Лита также оспаривает характеристику отношений, указанную в заявлении.
Судья Дина Валдмане, принявшая решение по данному делу, не может комментировать его подробнее, поскольку рассмотрение дела ещё не завершено. В письменном ответе «4. studijai» она указала, что, решая вопрос о временной защите от насилия или её отмене, суд оценивает имеющиеся в деле доказательства и то, есть ли в конкретный момент основания применять или сохранять меры защиты.
Поскольку конкретное дело судья обсуждать не может, программа обратилась в Рижский районный суд за общим разъяснением о принятии подобных решений.
Исполняющая обязанности председателя Рижского районного суда Вита Вьятерте пояснила, что временная защита от насилия предусмотрена не для любого конфликта между двумя людьми.
«Если бы мы с вами жили по соседству и у нас был бы какой-то конфликт, то между нами нет никаких родственных или каких-либо иных отношений. Закон предусматривает, что должны быть какие-то родственные, брачные, отношения детей, родителей или иные отношения, совместное проживание», — пояснила Вьятерте.
Если речь идёт лишь об обычном соседском конфликте, такой вопрос, по её словам, должен решаться в ином порядке, в том числе при необходимости с привлечением полиции.
Однако суд, получив заявление о временной защите от насилия, должен действовать очень быстро. Решение обычно должно быть принято не позднее следующего рабочего дня после получения заявления.
Заявитель должен указать как отношения с лицом, в отношении которого запрашивается защита, так и желаемую дистанцию приближения. Однако окончательное решение о том, насколько большая дистанция является соразмерной, принимает суд.
Существенен ещё один нюанс — за столь короткое время судья не обязан сам выезжать и проверять, насколько далеко один дом находится от другого или как конкретное ограничение повлияет на повседневное передвижение человека.
«Заявитель подтверждает своей подписью, что вся информация, которую он предоставил в этом заявлении, является правдивой. И, учитывая короткий период времени, в который заявление должно быть рассмотрено, судье дополнительно не нужно проверять, живёт ли он по соседству, насколько далеко живёт лицо, сможет ли он пройти мимо автобусной остановки или добраться до работы, потому что акцент делается на том, как защищаются интересы заявителя», — пояснила Вьятерте.
Это, однако, не означает, что человек, которому установлен запрет, вынужден мириться с первоначальным решением. Лицо может обратиться в суд и потребовать отмены или изменения мер временной защиты, в том числе попросить изменить установленную дистанцию приближения.
В свою очередь лицо, для защиты которого установлено ограничение, имеет право обратиться в полицию, если решение нарушается.
Представитель суда также напомнила, что игнорирование судебного решения может иметь серьёзные последствия.
«За злостное неисполнение решения о защите от насилия лицо может быть наказано лишением свободы на срок до трёх лет или кратковременным лишением свободы, пробационным надзором, общественными работами или денежным штрафом», — указала Вьятерте.
На практике полиция, по её словам, не всегда сразу после первого нарушения начинает уголовный процесс. Сначала могут состояться беседы с лицом, которому установлено ограничение. Однако если судебное решение злостно и повторно нарушается, может последовать и уголовный процесс.
В свою очередь заявителю следует помнить, что он также отвечает за достоверность предоставленной суду информации. За заведомо ложные сведения при определённых обстоятельствах последствия могут наступить и для самого заявителя.
Подача заявления о временной защите от насилия освобождена от государственной пошлины, чтобы человек в случае угрозы мог как можно быстрее получить судебную защиту.
Элина и Лита оспорили установленные судом ограничения. До того момента, пока суд не примет иное решение, нынешние запреты всё же остаются в силе и должны соблюдаться.
