“Рампа превращается в палату, бригады стоят в очереди…” Рафаэль Циекурс бьёт тревогу из-за ситуации в больнице Страдиня 0
Накануне мы сообщали о публикации сотрудницы Службы неотложной медицинской помощи (NMPD), которая возмутилась многочасовым ожиданием у приёмного отделения Клинической университетской больницы имени Паула Страдиня. Теперь к критике присоединился известный латвийский фельдшер, руководитель поддержки бригад NMPD и преподаватель Рафаэль Циекурс. По его мнению, речь идёт уже не об отдельных инцидентах, а о системной проблеме, которая годами остаётся нерешённой и связана с организацией потока пациентов и управлением в системе здравоохранения.
Вот что Рафаэль Циекурс пишет в социальной сети “Facebook”…
“Вчера, смотря “Panorāma”, мне самому понадобились беруши. Не из-за шума пациентов. А потому, что снова пришлось слушать аргументы, которые уже не выдерживают никакой профессиональной критики.
Примерно два месяца назад мой новый сотрудник в очередной раз прислал мне фотографию с рампы PSKUS и своё возмущение. Бригада с пациентом стояла около трёх часов. Пациент — 45-летний мужчина. Ситуация дошла до того, что мы велели пациенту мочиться в памперс, потому что бригада с пациентом не могла попасть внутрь больницы.
Это не “неудобство”.
Это не “особенность потока”.
Это не “одно плохое дежурство”.
Это унижение достоинства пациента. Это проблема безопасности пациентов. Это парализация бригад NMPD. И это годами не решаемая управленческая проблема.
В марте 2025 года государственный секретарь Министерства здравоохранения Агнесе Валюлиене очень точно сказала, что самой больнице необходимо пересмотреть потоки, чтобы доставленные пациенты не скапливались, и что решения нужно искать быстрее, чем будет построен корпус A2. Это был март 2025 года. Сейчас июнь 2026 года. И мы снова говорим о том же самом?!!?!
Эти фразы уже больше не выдерживают никакой профессиональной критики: “старая инфраструктура”, “нет места”, “ждём новый корпус”.
Да, помещения Центра неотложной медицины (NMC PSKUS) не идеальны. Да, новые помещения нужны. Очень нужны. Но не надо рассказывать обществу сказку о том, что до нового корпуса ничего нельзя сделать.
Я очень хорошо помню Центр неотложной медицины PSKUS в то время, когда сам начал работать в медицине. Помещения были значительно меньше. Сегодня NMC существенно вырос с точки зрения помещений. Напоминаю, что в 2022 году больница Страдыня хвасталась открытием новых модульных построек площадью 1864 м², где предполагалось принимать пациентов NMC, обеспечивать размещение изоляционных пациентов и дополнительные койко-места. Значит, речь не только о квадратных метрах.
Речь о потоке.
И наша главная задача — оценивать данные: в 2010 году NMC PSKUS обслужил 75 735 пациентов, тогда как в 2025 году неотложную медицинскую помощь получили 64 312 пациентов.
Будем честны — по сравнению с 2010 годом и 2025 годом число пациентов сократилось более чем на 11 тысяч, помещения были расширены, процессы якобы усовершенствованы, но очередь на рампе по-прежнему существует.
Хочу ли я этим сказать, что NMC PSKUS не нужны новые помещения?
Нет. Конечно, нужны. И нужны срочно.
Но новый корпус не решит недоработки управленческих процессов, если и дальше движение пациента из NMC в отделения будет оставаться узким горлышком.
Если в отделениях приоритет нередко отдаётся плановому пациенту, а острый пациент остаётся в приёмном отделении или на рампе, то проблема не в бюро госпитализации NMPD. Проблема не в бригаде. Проблема не в пациенте.
Проблема — во внутреннем потоке пациентов в больнице.
И мне очень важно сказать ещё одну вещь.
Это не упрёк врачам, которые работают в NMC PSKUS. Там работают очень сильные коллеги. Др. Пунцуле, др. Пруткова, др. Спалис, др. Кравчукс, др. Пойкане и многие другие — это люди, которые умеют лечить пациентов. И я уверен, что они сами переживают из-за этой очереди на полуразрушенной рампе больше, чем любой кабинетный человек.
Эти врачи, фельдшеры и медсёстры — заложники ситуации.
Им ежедневно приходится выдерживать огромную рабочую нагрузку, эмоции пациентов и родственников, неспособность внутреннего потока больницы справляться с ситуацией и ещё общественное давление. Но приёмное отделение — не изолированный остров. NMC — это узкое горлышко всей больницы. Если отделения не забирают пациентов, NMC останавливается. Если NMC останавливается, рампа превращается в палату. Если рампа превращается в палату, бригады NMPD становятся продолжением больницы.
И это недопустимо.
Посреди всего этого находятся бригады NMPD. Люди, которым постоянно приходится объясняться, почему пациент доставлен в PSKUS или RAKUS. Как будто бригада едет туда, куда ей самой нравится. Как будто NMPD виновата в том, что больница хронически не справляется со своим потоком пациентов.
И здесь я хочу особенно обратиться также к тем коллегам, которые параллельно с должностями в Министерстве здравоохранения по средам работают в NMC RAKUS, точнее к др. Янке. Потому что часто по средам бригадам RAKUS с “особым тоном” задают вопрос, почему с улицы Нометню пациент доставлен в RAKUS, хотя она сама лучше всех знает, что PSKUS не справляется.
Я считаю, что необходимо провести независимый аудит потока пациентов в NMC PSKUS и во всей больнице. Не внутренний “разговор”. Не очередную рабочую группу. Не “мы встретимся и обсудим”. А независимый аудит, который выявит и назовёт решения.
И да — необходимо установить стандарт передачи пациента за 15 минут. Не как пожелание. Не как “хорошую практику”. А как реальное требование, потому что способность NMPD реагировать должна быть обеспечена.
Потому что бригада NMPD — это не зал ожидания больницы. Оперативный транспорт — не палата. Рампа — не зал наблюдения. Пациент — не логистическая единица. И человек не должен мочиться в памперс только потому, что руководство больницы годами не наладило поток пациентов и не решило проблему.
Всё это происходит в мирное время. И именно это самое пугающее.
Если повседневный поток пациентов способен остановить одну из ведущих больниц страны, то что произойдёт в час X? Что произойдёт в случае массового поступления пострадавших? Что произойдёт в кризис, когда за один час будет не 12 тяжёлых пациентов, а 50?
Ответ суров: если мы не способны наладить поток в мирное время, то в кризис мы не будем готовы.
Я говорю об этом вслух, потому что сейчас изучаю ambulance ramping, то есть задержку машин скорой помощи, в мировом контексте и в Латвии, готовя две научные статьи на эту тему. И в международной литературе это не “затор”. Это не “неудобный момент”. Это событие, связанное с безопасностью пациентов.
Ambulance ramping означает ситуацию, при которой пациент уже доставлен в больницу, но его своевременно не принимают, и бригада NMPD остаётся привязанной к пациенту. В результате пациент ждёт, бригада недоступна для следующего вызова, и вся система неотложной помощи становится медленнее.
Поэтому это не только вопрос Страдыня. Это не только вопрос NMPD. Это вопрос готовности государства, достоинства пациентов и управления здравоохранением. И, простите, но беруши этого не решат.”
