«Всё как в 1940 году — достоверна только та информация, которую видишь своими глазами». Профессор Зелче отмечает, что в приграничье после бури людей пугает не темнота, а тишина 0
Разрушительный шторм 22 августа во многих местах Латвии оставил людей не только без электричества и воды, но и без мобильной связи и интернета. Именно информационный вакуум для некоторых жителей оказался одним из самых эмоционально тяжелых испытаний. Профессор Латвийского университета Вита Зелче поделилась в социальных сетях опытом с латвийско-литовского приграничья, начав свой рассказ с очень жесткого сравнения: «Все как в 1940 году! Достоверна только та информация, которую сам видишь своими глазами.»
Она рассказывает, что вернулась из приграничья с Литвой, примерно в 80 километрах от Риги, где шторм нанес масштабный ущерб.
«Шторм повалил большую часть исторических деревьев, в том числе разрушил парк XIX века, в лесу деревья полосами, яблони и сливы со стажем и все, что попадалось на пути западного ветра», — пишет Зелче.
По ее словам, электричество и мобильная связь в конкретном месте исчезли в субботу около 19:40 и еще долго не были восстановлены. Вместе с электричеством исчезла и вода.
Отдельные сообщения в “WhatsApp” какое-то время еще удавалось отправлять, когда телефон подключался к сети литовского оператора “Telia”. В свою очередь, интернет и электронная почта в таком режиме практически не были пригодны для использования. Латвийские вышки мобильной связи, по ее наблюдениям, не работали.
Однако особенно горько Зелче оценивает информацию, которую в тот момент можно было услышать по радио.
«Радио, если были батарейки, в день после шторма транслировало песни, сообщения о хороших делах нашего правительства и других государственных учреждений и праздничные речи. О нас ни слова и по-прежнему ни слова», — пишет она.
В результате единственной достоверной информацией была та, которую человек мог констатировать сам — выключатель не зажигает свет, по телефону позвонить невозможно, продукты в холодильнике постепенно портятся, из крана ничего не течет, а выйдя наружу, можно своими глазами увидеть сломанные деревья и дворы, парки и леса, опустошенные штормом.
Именно этот информационный вакуум Зелче сравнивает с драматическими событиями в истории Латвии.
«О советской оккупации в 1940 году большинство людей в Латвии узнали, увидев приехавшие русские танки. О нацистской оккупации в 1941 году — увидев немецких мотоциклистов. Сейчас — по сути так же. Для меня/тебя достоверна только та информация, которую сам видишь своими глазами», — пишет она.
Конечно, последствия современного шторма и оккупация Латвии — несопоставимые события. Из контекста записи понятно, что автор проводит параллель именно с недоступностью информации — с ощущением, что о происходящем вокруг человек может судить только по тому, что видит сам.
Запись вызвала дискуссию. Один из комментаторов призывает людей больше думать об индивидуальной готовности, например, приобрести барометр и заранее следить за изменениями атмосферного давления. По его мнению, предупреждений о шторме было достаточно, чтобы успеть подготовиться, к тому же «интернет-паника» порой бывает бурнее самого шторма.
На это другие отвечают — проблема не только в упавших деревьях или в том, есть ли у человека дома вода и запасы еды.
«Дело ведь не в деревьях, а в информации и в людях, которые остаются без информации», — пишет одна из участниц дискуссии.
Еще один человек признает, что без электричества смог бы продержаться несколько дней, однако без связи ситуация становится гораздо тяжелее.
«Я без электричества пару дней выдержала бы, но связь… Это ужасное чувство, когда точно не знаешь, что с близкими все в порядке», — пишет комментатор.
В дискуссии звучит и вопрос о готовности государства и самоуправлений. Одна жительница подчеркивает, что местные люди помогали друг другу и в своих домах сделали необходимое, однако, по ее оценке, реакция государства и самоуправлений не везде была достаточной. Она также упоминает рассказанное местными жителями о проблемах с доступностью топлива для спасателей, однако проверить это утверждение только по записи в социальной сети невозможно.
Другие, в свою очередь, указывают, что шторм показал, насколько хрупка современная повседневная жизнь. С исчезновением электричества одновременно могут исчезнуть водяной насос, интернет, возможности оплаты, мобильная сеть и даже возможность получить актуальную информацию.
«Наша цивилизация — чрезвычайно хрупкая вещь», — заключает один из комментаторов.
И еще кто-то совсем по-бытовому добавляет: если дома только электрическая плита и электрический чайник, без электричества нельзя даже получить утренний кофе.
Таким образом, шторм актуализировал вопрос, который шире, чем запасы еды и воды на 72 часа. Что человеку делать, если он подготовил еду, воду, батарейки и радио, но не знает, что происходит вокруг, когда вернутся электричество и связь и все ли в порядке с близкими?
Именно возможность получать достоверную информацию во время кризиса во многих историях в социальных сетях оказалась столь же необходимой, как электричество и вода.
