Цены жилья в Риге и Даугавпилсе отличаются вдесятеро 0
Цены квартир в столице и в регионах, в частности, в Даугавпилсе различаются более чем в 10 раз, рассказал на встрече клуба профессионалов Латвийской ассоциации недвижимости Марис Лаукалейс. В качестве объяснения он упоминает в том числе и эмиграцию.
В ближайших к Риге регионах — Юрмале, Елгаве, Огре, а также в Цесисе и Валмиере — стоимость квадратного метра составляет от 465 до 3500 евро с тенденцией к росту. В Даугавпилсе цена квадратного метра не достигает даже 300 евро.
В Резекне отмечен небольшой рост цен, в Даугавпилсе немного выросла активность сделок. Лаукалейс объясняет эти процессы тем, что уехавшие на заработки за границу вкладывают накопленные там средства.
Из некоторых крупнейших городов Латвии за последние 15 лет уехала без малого половина нынешних 25-35-летних жителей, следует из анализа данных ЦСУ. Молодые покидают родные места опережающими темпами — быстрее (иногда — вдвое быстрее), чем уходят из жизни старшие поколения.
Например, Резекне и Даугавпилс вплотную подошли к рубежу, за которым доля уехавших с 2001 года представителей поколения, появившегося на свет во второй половине 1980-х, вот-вот перевалит за половину.
По уточненным данным, которые ЦСУ представило 30 мая 2017 года, за 2016-й население Латвии сократилось на 18,8 тыс. — до 1,95 млн. человек, или на 0,96%. В Латгалии скорость обезлюживания была более чем вдвое выше — 2,3%. Из всех крупных городов прирост населения зафиксирован только в Риге. Елгава теряла жителей медленнее, чем остальные города, Резекне, Лиепая и Даугавпилс — быстрее всего. Из 110 краев Латвии население росло лишь в 10, причем 9 из них находятся в орбите «большой Риги».
Такая тенденция — сокращение численности населения в среднем на 1% в год — наблюдается как минимум с конца 1990-х годов. Ее «поддерживают» два приблизительно одинаковых по силе фактора: превышение смертности над рождаемостью и эмиграции над иммиграцией. Так, с 1995 до 2014 года население страны сократилось на одну пятую, с 2,5 млн. до 2 млн, и большая смертность и малая рождаемость «ответственны» лишь за 224,7 тыс. потерянных жителей. Например, в 2015-м картина выглядела следующим образом: смертность выраженно обгоняла рождаемость (28,5 тыс. умерших и 22 тыс. новорожденных), а эмиграция — иммиграцию (20,1 тыс. уехавших и 9,5 тыс. приехавших).
