Армандс Пуче: Кулбергс нужен как премьер, а не как изделие премьера 0
Политики скачут по предвыборным дебатам, как герой Улдиса Думписа по клубничным грядкам в известном всем нам латышском бестселлере. Такое время. Ещё две недели — и наступит послеродовая депрессия, потому что что-то появится на свет, что-то будут складывать вместе, чему-то придётся подтягиваться к пуповине. Это, однако, не отменяет круга проблем, находящихся в лоне государства.
Премьер Кулбергс находится в центре мероприятия, потому что его правительство создавалось как пожарное депо, соответственно и всё поведение, которое мы наблюдаем вокруг этой коалиции, напоминает хлебание горячей похлёбки. Стилистически Андрис удерживает отведённую ему роль, однако, к сожалению, это режиссируется и корректируется близостью выборов.
Да, премьер Кулбергс уже не такой, каким был депутат Кулбергс в следственных комиссиях Сейма, и всё же — никого другого, получше, вокруг не видно.
Надо сказать как есть — и те, кто сейчас варит эту политическую солянку, тоже наши лучшие из тех, кто хочет заниматься политикой. Если кто-то думает, что латвийская политика заслуживает чего-то иного, чего-то лучшего, тогда этим умникам надо идти и самим показывать — как выглядят эти другие, хорошие и мудрые.
Поколения меняются, очищаются, но это не происходит по мановению руки. Среди нас по-прежнему есть бывшие сотрудники СГД, которые обитают в особняках Межапарка, арендуемых у офшорных компаний, так же как среди нас есть действующие полицейские с большими погонами, размещающие свои солидные накопления в ценных бумагах. Кто это нам там говорил, что во внутренних делах приходится тянуть от зарплаты до зарплаты?
Точно так же у нас по-прежнему есть ненужные советы государственных капитальных обществ, которые Кулбергс называл партийными пансионатами и грозился ликвидировать. Андрис, так делай! Так же, как и с политизированным сектором неправительственных организаций, который буквально присосался к государственным средствам.
Если уж проблема осознана, если уж эта среда себя не оправдала, тогда её надо менять. Её надо вышвырнуть! Пока что премьер с этими решениями вызывающе флиртует, будто он главный врач больницы, за которым на консилиуме последнее слово.
При этом он смотрит на санитарок, чтобы набраться смелости для решающего решения. Где кулак? Так, чтобы символическая модель раллийной машинки, стоящая на столе премьера в его рабочем кабинете, подпрыгнула от удара. Потому что языком можно и нужно ездить, но в какой-то момент коробка передач требует другого режима работы.
Были утечки данных из Latvijas valsts meži, из CSDD, теперь ещё и из дочерней компании LMT. Ответственные заикаются, извиваются, показывают пальцем на других… Аксенокс смотался, когда на него прикрикнули. А другие? Например, государственное капитальное общество TET, которое обслуживало CSDD по жирному контракту, не знающему ни стыда, ни меры. Ясно, что это был фейл TET, чего они почему-то делают вид, будто не понимают. Отсюда ведь и берутся громкие заголовки о каких-то новых дата-центрах, где уж теперь-то якобы учтены все предполагаемые гибридные ужасы. Им самим не смешно от этой мазни?
Почему TET ничего не делало, когда выяснилось, что договор на обслуживание CSDD они отдали игрокам, в которых просматривается IT-картель, и которым теперь надо программировать самих себя для прокуратуры и KNAB? Не поняли? Или всё-таки — мы были и остаёмся свидетелями крупномасштабной корпоративной культуры, где рука руку моет, где друзья тянут время друг для друга, где получился вполне неплохой механизированный доильный аппарат, работающий исключительно на государственные деньги.
И теперь они будут рассказывать нам, что TET, Latvijas valsts meži и LMT перед предстоящими выборами хорошо поработали, чтобы все дела на i и t, которые понадобятся для голосов и подсчёта, были приведены в порядок по лучшим мировым стандартам? Вы сначала наведите порядок в своих кладовках!
Весь город знает, что на выборах в Сейм голоса ведь будут считать вручную, потому что системы, которые какой-то из экспертов якобы за несколько месяцев проверил или улучшил, мягко говоря, по-прежнему никакие. Но деньги текут… Точнее — утекли.
Правительство взялось за российское и белорусское зерно, разбрасываясь в стиле Трампа какими-то тарифами, какими-то процентами. Тут хорошо было видно, с какими жуликами имеет дело Кулбергс, потому что так называемые перегрузчики, или стивидоры, по большому счёту являются чистейшими кремлёвскими прихлебателями. Их лобби никогда не было слабым, потому что оно вошло в Латвию и осталось здесь вместе с чекистами. Во всех наших портах и портовых ассоциациях есть кураторы Путина, отрабатывающие свои стипендии.
Этот случай — не про экономику, а про государственную безопасность. Это не про посредников, а про обычных политруков пятой колонны. Что делать? Править, а не искать с ними компромиссы. Но аргумент, что тогда эти грузы заберут эстонцы или литовцы через свои порты, вообще не аргумент. Потому что государство в этом процессе до сих пор было лишь наблюдателем — без осанки и без политики, выгодной этим скрытым шептунам русских танков.
В свою очередь, если авиакомпания airBaltic — это про экономику, зачем делать вид, что мы что-то спасаем? Если проект нужен Латвии, тогда его финансирует Латвия. Но зачем Латвии его финансировать, если мы понимаем, что airBaltic сейчас фактически принадлежит кредиторам?
Да, среди кредиторов есть и государство, но — государство уже давно ничего в этой компании не определяет и определять не будет, как бы странно это ни звучало. Если мы привлекли международных консультантов, то это то же самое, что расширить щедро оплачиваемый совет airBaltic… И со сделкой TET/LMT всё точно так же, потому что за этим столом государство выступает не как хозяин, а как глупый хозяин, который вот-вот за миллиард останется вместе с активами, являющимися вчерашним днём всем известной отрасли. Выиграют консультанты и некоторые приближённые к увядшим кругам рижские адвокатские бюро, которым изящно наплевать, что в итоге со всем этим будет.
Нам не нужно каждый второй вечер напоминать, что у государства нет денег. Если бы это было так, мы бы не тратились как вчерашний удачливый посетитель казино.
И что это за разговоры, что в орбите премьера есть министерства, которые по бюджетным вопросам не хотят сотрудничать с разработчиками бюджетной политики? Почему эти министерства не названы поимённо? Почему государственные секретари этих министерств ещё не записаны в безработные? Если бы действительно всё было так плохо, то таких студенческих вальсов вокруг министерств не происходило бы, или же Кулбергс нам не всё рассказывает? Не рассказывает. Может ли быть так, что у министра здравоохранения по-прежнему больше советников, чем игроков в баскетбольной команде VEF? Ведь это можно изменить за один вечер. И что это была за клоунада с советом больницы Гайльэзерс, где вдруг в жирный оборот вкатились знакомые и старые лица, которые голодные игры видели только в голливудских фильмах?
Что я хочу этим сказать? Нам повезло, что Кулбергс пришёл как человек дела с умом. Только не хотелось бы оказаться в обстоятельствах, когда перед нами не человек дела, а изделие человека дела. Эта граница может оказаться ближе, чем некоторые думают.
Иногда эта граница пересекается без усилий — вместе с идиотами широкого спектра, которые изображали из себя тех, кто подставляет плечо или несёт бревно. Можно оправдывать предвыборные политические лавочки и осторожность, диктуемую интересами партии и ревностью коалиционных партнёров, однако — это не отменяет обязанности перед благополучием государства и перед теми, кто платит Андрису Кулбергсу зарплату. Ему также пора перестать считать дни, проведённые в должности, потому что это не имеет никакого значения. Для государственных дел нужен конкретный результат и линейка. Для измерения и для ударов по кончикам пальцев.
