Мы много пишем о том, что из Латвии народ уезжает – далеко, надолго или навсегда. И мало – о тех, кто, набравшись опыта и заработав денег, возвращается на родину. Ирена Войтане из Даугавпилса как раз одна из тех, кто вернулся. Ее имя стало известно благодаря ретро-салону «Atmīņu lāde» («Сундук воспоминаний»), в 2015 году открытому в Даугавпилсской крепости.
Ретро-салон Ирены Войтане «Atmīņu lāde» расположился в «караулке» отреставрированных Николаевских ворот Даугавпилсской крепости, и это не просто выставка.
Замысел был круче!.. Мечтали вернуть на улицы крепости людей, одетых в стиле, соответствующем определенной эпохе. Для начала хотя бы в дни праздников и фестивалей, ведь так тоже можно было ТАК рассказывать историю крепости, города и края. Гарнизон в ХIХ веке был довольно большим, офицеры жили в крепости с семьями, и их жены часто были местными законодательницами мод.
Действующая экспозиция салона – четвертая по счету! – посвящена 100-летию Латвии и рассказывает ту часть истории города, что связана с временами Первой республики.
Но диалог с Иреной при встрече пошел на другую тему – о «возвращенцах». Легко ли жить в Латвии, привыкнув к заграницам? И как ей, энергичной и предприимчивой даме, показалась «тутошняя» жизнь – в сравнении с жизнью «тамошней»? И чего, из того, что имеем, мы по-настоящему не ценим?.. Почему люди из Латвии уезжают? Что надо нам изменить, чтобы жить хорошо?
Сундук пани Ирены
Мы встретились с Иреной Войтане в информационном центре крепости. Потом пошли в салон, смотреть ее выставку. А посмотрев, запросились обратно – бывшее караульное помещение Николаевских ворот зимой не отапливается, за разговорами тут особенно не засидишься…
… На ходу, по пути в ТИЦ крепости, наскоро перечисляю вопросы. Ирена отвечать начинает с последнего:
– Мышление нам надо изменить!.. Ведь какие у нас представления о «правильной» жизни? Такие: первым делом надо закончить школу, потом – поступить в институт, получить там диплом, найти хорошее место работы – и всю жизнь сидеть, деньги зарабатывать. Глупости все это!.. У каждого в жизни свой путь.
– Вы верите в то, что многие из уехавших на заработки вернутся на родину? Не секрет, что пока такие примеры единичны или немногочисленны.
– Я не только верю, я знаю: люди вернутся. Надеюсь, что такое время придет. А когда люди вернутся со своим опытом, со свежими идеями, Латвия очень и очень изменится. Но прежде какое-то просветление должно на наше правительство снизойти!..
– А сами Вы давно вернулись?
– Летом 2015 года. Почти два с половиной года прошло…

– Вы вернулись с готовой идеей делать здесь то, что сейчас делаете?
– Не только поэтому!.. Я всегда знала, что вернусь. Привыкнуть к жизни в другой стране очень трудно, но я привыкла. Выучила язык, набралась опыта, посмотрев, как там люди живут…
На родине Шекспира
– Вы жили и работали в Лондоне?..
– Нет, жила в родном городе Шекспира — в Стратфорде-на Эйвоне. Как раз оттуда родом и многие мои идеи. Ведь все знают, что наша жизнь — театр. А там на каждом шагу с любовью устроенные уголки, такая сказочная страна. Все было там хорошо, жизнь была устроена, и я там выучила язык.
– Вы поехали работать в Великобританию, не зная английского языка?..
– У меня был такой «туристский» английский, причем в австралийской его версии, я всегда много путешествовала. Но англичане говорят совсем на другом языке.

– С соотечественниками в Великобритании много общались?
– Да, со многими людьми там встречалась и разговаривала. Интересно, что для англичан нет разницы, латыш ты или русский, все, кто из Латвии для них — латыши, а этническое происхождение при этом не имеет значения.
При встрече латыши очень радуются и с удовольствием переходят на латышский язык. Но и русские из Латвии тоже предпочитают говорить с земляками по-латышски. Кстати, наши русский там иногда оказываются большими патриотами Латвии — даже большими, чем мы сами…
Мы как-то на улице разговаривали с дочерью, и, услышав латышскую речь нас радостно приветствовал незнакомый молодой человек: «Здравствуйте! Вы латыши?! А я Сережа из Даугавпилса». Предложили ему перейти в разговоре на русский, но он бурно возражал: «Нет-нет, не надо, русских здесь не любят!..»
– А потом Вы вернулись… И с интересной идеей.
– Да, с идеей. Но прежде я посмотрела там на людей, на то, как они живут, и как относятся, например, к старым вещам. Они все это копят, в том числе вещи, которые у нас без сожаления выбрасывают из дома, смеясь над теми, кто старые бабушкины «тряпки» бережно хранит.
Англичане создают из этого «ретро» такие атмосферные места и замечательные выставки, которые людей только радуют. При этом не очень-то заботятся, чтобы все обязательно было аутентичным. Есть и определенные места, где собираются люди в ретро-нарядах и наслаждаются жизнью. Для дам стиль важнее, чем аутентичность, чтобы к платью подходили туфли, сумочка, аксесуары.
Назад, в прошлое крепости
И мне очень хотелось, чтобы и у нас появлялось что-то такое… Даугавпилсская крепость — как раз очень подходящее для такого досуга место. Еще два года назад комендант крепости на мою затею устроить бал в рамках фестиваля реконструкторов смотрел с недоверием, говорил, что это сумасшедшая идея и ничего у нас не получится…
Сегодня же он уже абсолютный сторонник бала в крепости!.. Представьте: наш комендант в военной форме позапрошлого века танцует венский вальс! За аутентичностью в создании костюмов, как правило, мы не гонимся, я ведь не так богата, чтобы за две-три тысячи фунтов и более покупать какую-то настоящую булавку или заколку того времени. Поэтому я просто шью так, как чувствую и представляю ту или иную эпоху, основываясь на разных источниках.
Еще я даже специально окончила курсы танцев и уже неплохо танцую. И не только я!.. Ведь такой досуг всем приносит радость — и даугавпилчанам, и туристам и гостям города. Людям нравится!..
– А с точки зрения эффективности бизнеса как? Сводите концы с концами?
– А мы не бизнес-структура, мы — товарищество «Atmīņu lāde» («Сундук воспоминаний»). Участвуем в проектах, ищем финансирование, получаем гранты.
– Почему так решили?.. Бизнес на таких вещах не окупится?..
– Не окупится. И есть еще одно, из опыта жизни в Великобритании, чем хотелось бы поделиться. Я говорю о благотворительности. У нас ведь нет традиции помогать тем, кто в этом нуждается. Мы привыкли подчеркивать, что мы сами — бедные и несчастные, и кто бы еще нам помог… А англичане учат этому детей с детского садика, у них это в крови: надо помочь тому, кто не справляется, кому плохо, кто слаб. Вот, назовите мне хоть одного из наших богатых людей, кто системно и много помогал бы культуре, церкви или чему-то еще…
– Назову. И даже сразу двоих назову — Инара и Борис Тетеревы очень много сделали и для культуры.
– Вот с этим – да, согласна. Но ведь мы такая богатая страна — у нас столько прекрасных храмов, усадеб, парков, многие не восстановлены, и если вложить деньги и все это привести в порядок… Тут нужны усилия многих состоятельных людей.
Мы не ценим того, что имеем
– Каковы были ваши самые сильные впечатления по возвращению в Латвию?
– Сначала я просто наслаждалась тем, что могу гулять по лесу, собирать грибы, плавать не только в бассейне, но в озере или реке.
– Да, есть ценности, которые невозможно экспортировать.
– Когда-то, вернувшись от отпуска, я рассказывала англичанам, как собирала в лесу грибы, ягоды и все меня спрашивали: «А сколько тебе надо за это платить?» И очень удивлялись, что и бруснику, и клюкву мы сами собираем в лесах, причем бесплатно.
Мы к этому привыкли, не думаем о том, насколькот красивая у нас страна — нигде больше нет такой. Даже сегодня — осень, туман, а посмотрите как красиво вокруг.
– Ну… Могло бы быть чуть-чуть потеплее!..
– В Великобритании климат ничуть не лучше нашего.
Туризм в несезон
– Вы участвуете практически во всех фестивалях и праздниках. А какие дальнейшие планы? И что вы можете предложить даугавпилчанам и туристам сейчас, в ноябре-декабре, когда на улице отвратная погода?
– Пока что у нас проблемы с помещением, ведь в крепости многие здания зимой не отапливаются… Но эти проблемы решаются, и практически уже решены, взаимопонимание с управляющим крепостью у нас есть. Так что в скором будущем у нас будет помещение, где можно всю коллекцию хранить, у туристов появится возможность переодеться, оставить свои вещи.
Осенью-зимой выставку мы открываем по предварительным заявкам, только для экскурсий. Кроме того, костюмированные экскурсии заказывают и за пределами крепости. Например, для корпоративных мероприятий, для гостей издалека. Сегодня, например, я провожу экскурсию в Свентес муйже.
Дэнди, модницы, кадриль
– А сколько у вас в коллекции нарядов?
– Всего около пятисот платьев и аксессуаров, но надо смотреть отдельно по соответствию конкретной эпохе. Ведь дамы, переодеваясь, тоже хотят соответствовать определенному времени. Выставка, которая у нас в караульном помещенье проходит, уже четвертая по счету. Всего же нарядов латвийских времен, относящихся к 30-м годам прошлого века — около пятидесяти.
– А сколько относящихся ко времена Российской Империи – к ХIХ веку и началу ХХ, когда в Динабургской и Двинской крепости российская армия стояла?
– Более ста. В основном это женские платья, и не строго историческая реконструкция, а стилизация. Но есть и мужской костюм, его меньше, мужской костюм сделать ведь сложнее, чем женский. Вы только подумайте: в костюме модного дэнди есть и корсет, и масса еще незнакомых нам хитростей.
– Значит, уже сейчас люди у вас могут не только выставку посмотреть, но и взять костюм напрокат, чтобы отправиться в нем на бал или летом прогуляться по крепости, устроить фотосессию?..
– Да, и такие люди есть. Но мы хотели бы не просто переодевать даугавпилчан и туристов, но и учить их, например, кадриль танцевать…
– И это все – Вы сами?
– Нет, у нас в товариществе есть разные специалисты – в том числе и профессиональный учитель танцев.
«Хотим тебя обратно!»
– А что надо сделать властям, чтобы стимулировать возвращение людей в Латвию?
– Не знаю. Но говорят же: сначала надо совсем дойти до ручки, чтобы потом менять все к лучшему… Вероятно, мы еще не совсем… Посмотрим. Но вообще-то отношение правительства и его равнодушие к проблемам людей иногда удивляет: они в каком-то своем мире живут, как усаживаются в свои кресла, так и сидят, ничего особенно не меняя.
– Мы здесь, в Даугавпилсе, больше интересуемся не правительством, а тем, как местная власть влияет на жизнь людей, на предпринимательство, на имидж города. Перед выборами у вас тут драчка шла серьезная – игра без правил…
– Мне просто стыдно за них во время выборов было!.. Ведь не только политики друг друга оскорбляли, перессорились все между собой – соседи, друзья, знакомые, даже муж с женой иногда. И все это на почве: «Ты за кого голосовал?» Это же просто ужас!.. Очень некрасивая была политическая война.
Латвию ведь европейцы воспринимают, как страну умных людей, я в этом часто убеждалась. А когда еще скажешь, что ты приехала с родины Марка Ротко… Мы не представляем, насколько он знаменит, смеемся и не понимаем его картины, а весь мир им восторгается.
– Но у многих есть мнение, что слава художника Ротко в мире раскручена искусственно… Но Центр Ротко в Даугавпилсе – да! Великолепный…
– Не согласна! Вы просто не были в Лондоне в галерее Ротко… Можно и в Даугавпилсе, и в Лондоне, например, посмотреть фильм о нем или что-то читать в интернете. А можно просто зайти в галерею Марка Ротко, и даже если вы там не смотрите на его картины – вы все равно чувствуете их энергетику. Теперь уже есть два места в Европе, посвященных Ротко – Лондон и Даугавпилс.

– Спасибо. Удачи Вам и Вашей команде.