То, что норвежцам негоже: ветропарки планируется строить в лесах Латвии 0
Норвежская компания Vindr собирается инвестировать около 600 миллионов евро в строительство пяти ветропарков в Латвии (об этом мы писали здесь) — в том числе на территориях латвийских лесов. Однако в самой Норвегии отношение к ветроэнергетике становится всё более критичным, сообщает Jauns.lv.
Финансово-политический аналитический совет Норвегии недавно рекомендовал приостановить государственные инвестиции в морские ветропарки, особенно в плавучие установки. Причина — низкая эффективность: вопреки ожиданиям, в море не оказалось достаточного и стабильного ветра для производства электроэнергии. Даже дорогостоящие проекты, такие как Vestavind B и Vestavind F, не показали ощутимого вклада в энергосистему страны.
В 2020 году ветроэнергетика обеспечила менее 0,03 ТВт⋅ч из общего объёма в 148 ТВт⋅ч, тогда как почти 96% электроэнергии в Норвегии дают гидроэлектростанции.
Дополнительные сомнения вызывают экологические и социальные последствия. Верховный суд Норвегии признал, что некоторые ветропарки нарушают права саамов, мешая традиционному выпасу оленей. Тем не менее турбины продолжают работать.
Согласно опросам, половина норвежцев выступает против новых ветропарков, особенно на западе страны. Люди опасаются за природный ландшафт, шумовое загрязнение и вред экосистемам.
То, что в Норвегии всё чаще считают неэффективным и спорным, сейчас активно продвигается в Латвии — причём не в море, а в лесу. Это вызывает закономерные вопросы о целесообразности и последствиях таких проектов. К примеру, неужели в наших лесах ветра больше, чем в море? И насколько хорошо ознакомились наши уполномоченные, давшие добро на установку ветропарков, с этим видом «зелёной» энергетики?
Чем вредны ветряки и почему ветроэнергия не так уж безупречна?
Несмотря на отсутствие выбросов при производстве электроэнергии, ветряки оказывают воздействие на природу, животных и даже экономику, говорится в публикации Jauns.lv.
Для строительства одной ветряной турбины требуются сотни тонн стали, бетона, меди, алюминия и редкоземельных металлов, добыча которых сопряжена с масштабными экологическими последствиями: загрязнением воды, почвы и воздуха, а также разрушением экосистем.
Кроме того, производство и транспортировка компонентов турбин сопровождаются высокими выбросами парниковых газов. Например, цемент и сталь — одни из самых «грязных» с точки зрения выбросов CO₂ материалов.
Срок службы ветряка составляет около 20-25 лет. Если корпуса и основания можно переработать, то лопасти изготовлены из композитных материалов, которые практически не перерабатываются. В итоге они отправляются на свалки или захораниваются в земле.
В некоторых странах уже появились «кладбища лопастей» — огромные участки, утыканные бесполезными и токсичными обломками. Это прямо противоречит «зелёной» философии.
Одна из главных претензий к ветрякам — их влияние на популяции птиц и летучих мышей. По оценкам различных исследований, они ежегодно убивают сотни тысяч особей, особенно если турбины расположены вблизи миграционных путей или природных заповедников.
Лопасти вращаются с высокой скоростью и могут травмировать или мгновенно убить пролетающих рядом животных. Некоторые виды летучих мышей даже гибнут от изменения давления воздуха возле лопастей, не соприкасаясь с ними физически.
Электричество, полученное от ветра, не всегда поступает в сеть стабильно. Когда ветер слишком слабый — энергии не хватает, а когда слишком сильный — турбины приходится останавливать.
Если рассматривать весь жизненный цикл ветряной турбины — от добычи материалов до утилизации — он всё же оставляет экологический след, хоть и значительно меньший, чем у традиционных электростанций. Однако называть ветроэнергию «абсолютно чистой» — неправильно и наивно. Любая форма энергетики требует ресурсов и имеет побочные эффекты.
И, наконец, главный вопрос: а нам это точно надо? Или главное — построить, а дальше хоть трава не расти?
