«Он был единственным, кто обычно приоткрывал дверь кабинета…» Айдис Томсонс обозначает проблему на своём рабочем месте 0
В последние недели много говорили о смене бренда LSM, что вызвало у многих сотрудников общественного медиа недоумение — зачем менять то, что так хорошо работало годами.
Утром в Лиго своими размышлениями о работе в общественном медиа поделился любимый журналист Айдис Томсонс. Он указывает, что в Latvijas Radio наблюдается проблема, которая, впрочем, актуальна и для многих других компаний и учреждений.
Проявлять искренний интерес и разговаривать? Айдис не понимает, почему для столь многих это словно невыполнимая миссия. Работая в журналистике, он снова и снова замечал, насколько этот навык важен для людей на руководящих должностях.
Почти все, кого в обществе ценят и уважают, хотят и могут находить время для открытых разговоров. Правда, это не гарантия идеального руководителя, но один из способов избежать многих ошибок.
«Если бы я был начальником (а это не мое призвание), я бы обязался в своем, несомненно, плотном рабочем графике каждый день выделять полчаса, чтобы зайти в какой-нибудь кабинет или несколько кабинетов своего учреждения и поговорить с сотрудниками — как они себя чувствуют, чем я могу помочь, чем не могу помочь, почему что-то происходит или не происходит и т. д.? Конечно, начальнику нужно думать о стратегии, о денежных вопросах, о договорах сотрудничества и т. д. Но,
откусив полчаса от своего занятого графика, мне кажется, можно было бы избежать стольких ошибок и, возможно, суметь принять решения, которые иначе даже не пришли бы в голову!?» — считает Айдис.
На эту тему журналист задумывался время от времени, наблюдая происходящее в своей работе. Его непосредственная начальница делает это регулярно, возможно, поэтому атмосфера в коллективе Latvijas Radio 1 хорошая.
Однако на уровне правления общественного медиа это, безусловно, проблема, потому что там никто ничего подобного не делает. Впрочем, одно исключение все же было: «Единственный, кто за мои 35 лет трудового стажа имел обыкновение приоткрывать дверь рабочего кабинета, был Дзинтрис Колатс. Правда, это было уже пару десятков лет назад. Я, например, работаю в таком месте, где случаются чрезвычайные ситуации. Мне нравится быть в эфире во время экстренных выпусков — будь то ночь выборов, выборы президента или такое страшное событие, как начало войны в Украине. Почему бы кому-то из руководства не спуститься этажом ниже, не зайти в студию, не спросить, как дела, не нужен ли какой-то поддержка, может быть, просто проявить человеческое участие? Помню, Дзинтрис даже приносил какую-нибудь булочку, чтобы было ощущение, что начальника интересует происходящее в эфире. С тех пор этого больше не происходило».
Айдис указывает, что это может быть одной из причин, почему сейчас со сменой бренда произошло то, что произошло.
И это утверждение он относит и к другим сферам в учреждениях: «Насколько более успешными были бы решения, если бы мы заставляли себя быть открытыми к разговорам. Чем дольше мы не разговариваем, тем труднее становится разговаривать и, возможно, даже почти невозможно, потому что гора недоразумений и проблем вырастает слишком большой, чтобы ее разгрести и освободить путь друг к другу».
[опрос]
