Анита Даукште: в театре предвыборного времени 15-го Сейма оказываются… театры 0
Я не помню другого предвыборного периода выборов в Сейм в Латвии с таким большим влиянием на культурную жизнь и её учреждения — по крайней мере, со времён далёких девяностых. Причём речь идёт не об идеологическом влиянии, а о возвращении духа цензуры и запретов под соусом политического лицемерия.
Драма разворачивается не на сцене, а в публичном пространстве — начиная с «Распоряжения № 2» Театра Дайлес, продолжаясь лишением номинации «Ночи лицедеев» спектакля «Дон Кихот» Нового Рижского театра и режиссёра Адольфа Шапиро; посеяв семя неуверенности по поводу якобы запрета спектаклей на русском языке в драматическом театре имени Михаила Чехова и Даугавпилсском театре.
О содержании «Распоряжения № 2» высказываться не буду — спектакль я не видела. Отказ KNAB сначала его оценивать, а затем вывод в конце, что никакой агитации там нет, пусть остаётся на совести этого учреждения. Ясно, что в спектакле, скорее всего, действительно никакой агитации нет.
Но спектакль — это событие, это почва для агитации, и этим успешно пользуется лидер «Латвия на первом месте» Айнарс Шлесерс, забрасывая учреждения и публичное пространство напоминаниями о собственной персоне.
Второй вопрос гораздо сложнее — о выдающемся режиссёре, легенде бывшего Театра юного зрителя Адольфе Шапиро. «Внезапно» в публичное пространство вываливаются факты (далее цитирую lsm.lv), что «в сентябре 2022 года Шапиро в Бетховенском зале Большого театра в Москве получил награду “Золотая маска”. Осенью того же года режиссёр руководил лабораторией для детей и молодёжи, организованной Союзом театральных деятелей России. Такие театральные лаборатории повторялись и в следующие два года. Ещё в 2023 году режиссёр поставил оперу “Норма” в Московском академическом музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко, а также провёл мастер-класс в проекте, который поддерживает Фонд культурных инициатив президента России. Два года назад Шапиро работал в жюри фестиваля театров малых городов, финансируемого Министерством культуры России».
То, что Шапиро вообще живёт в России, похоже, никто и не замечал. Он никогда не выражал поддержки войне государства-агрессора против Украины и осудил аннексию Крыма в 2014 году. Но история его возвращения в Новый Рижский театр с «Доном Кихотом» теперь стала полем предвыборной борьбы. Неужели министр культуры Наурис Пунтулис обратился бы в Службу государственной безопасности (чтобы делать с полученной информацией — что?), если бы художественным руководителем Нового Рижского театра не был Алвис Херманис? Тот самый Алвис Херманис, который возглавляет «Мы меняем правила» и является одним из конкурентов Национального объединения? Вряд ли.
История с присуждённой, а затем отнятой номинацией «Ночи лицедеев» осталась бы в сфере взаимоотношений людей искусства и культуры — конечно, с привкусом публичного скандала. Теперь же к вновь вспыхнувшей дискуссии о сотрудничестве с выдающимися деятелями культуры, теми, кто не полностью разорвал контакты с Россией, добавился дух мелочной мести и предвыборный душок.
«Вот, смотрите, как провалился великий ненавистник России Херманис, пригласив Шапиро», — мысленно вижу, как злорадно потирают руки политические конкуренты Херманиса.
Возможно, уже даже мысленно рассматриваются проекты распоряжений об исключении поставленного Шапиро «Дона Кихота» из репертуара НРТ. Всё выдающееся, что ещё совсем недавно выразилось в четырёх номинациях «Ночи лицедеев» — как лучший спектакль большой формы года, лучший режиссёр года, лучший актёр года и сценограф, — выброшено на политическую свалку. Исполнитель роли Санчо Пансы Гундарс Аболиньш и сценограф Мартиньш Вилкарсис отказались от своих номинаций на «Ночь лицедеев», солидаризируясь с Адольфом Шапиро. Тем самым Шапиро, который когда-то в Латвии своими спектаклями в Театре юного зрителя приближал Атмоду. «Страх и гибель Третьей империи», «Заснеженные горы» и другие легендарные спектакли Шапиро остаются великими событиями в истории культуры Латвии, что бы ни произошло потом.
Третьим действием, очевидно продиктованным предвыборной хандрой, стало распоряжение министра культуры подведомственным Министерству культуры учреждениям исключить использование русского языка из публичного пространства. Логический вывод был один: театр Чехова и Даугавпилсский театр надо закрывать, потому что что ещё может означать «использование русского языка в публичном пространстве».
Позже Министерство культуры включило задний ход, мол, на спектакли это не распространяется. Но если название спектакля на русском языке нельзя писать по-русски на сайте театра и в программе спектаклей, то как это понимать? Как лицемерное потакание собственным политическим интересам. Иначе это никак не выглядит. Потому что если иначе — тогда без пути назад: просто ликвидировать оба театра и сообщить своим избирателям, что «латышскость защищена». А уж пусть избиратель и история решат, стоит ли втягивать искусство и культуру в предвыборную кампанию и строить на этом политический капитал.
