«72-часовая индивидуальная готовность — почти никакая, если истерия начинается уже через два часа!» Ципуле призывает латвийцев оценить свои возможности 0
Прошедшая в Латвии буря актуализировала не только вопросы устойчивости инфраструктуры электроснабжения, водоснабжения и мобильной связи, но и готовности самих жителей к кризису. Руководитель Службы неотложной медицинской помощи Лиене Ципуле в социальных сетях призвала каждого оценить, действительно ли мы готовы собственными силами продержаться первые 72 часа. Ее запись вызвала очень острую дискуссию — одни полностью с этим согласны, другие же спрашивают, насколько многое человек может сделать сам, если уже через несколько часов исчезает не только электричество, но и возможность позвонить.
«О готовности к кризисам и упреках… Нам ВСЕМ нужно переоценить этот вызов! 72-часовая индивидуальная готовность — это почти ничто, если истерия начинается уже через 2 часа… Воды нет, телефоны приходится заряжать в машинах, мы почти голодаем, потому что магазины закрыты, нужна аптека и еще — где ГПСС с пилой… 72 часа нужно суметь продержаться самим!» — пишет Ципуле.
Позже она пояснила, что этой записью не хочет снимать ответственность с государственных и муниципальных служб. Им тоже после бури следует сделать выводы.
«Коммуникации тоже еще нужно учиться. Учиться нужно всему, потому что только реальные события являются по-настоящему настоящими тестами готовности. Ошибки и слабые места есть. Не могу представить, чтобы их не было. Только выводы не должны звучать так — службы и самоуправления не были готовы на 100%! А так — насколько по-настоящему готов был я сам?» — отмечает она.
Однако именно этот вопрос в комментариях вызвал противоречивые реакции. Многие люди отвечают, что вода, еда, свечи, внешние аккумуляторы и даже генератор дома могут быть подготовлены, однако это не решает одну из самых существенных проблем — исчезновение связи.
Одна жительница пишет, что ее самое большое беспокойство началось примерно через два часа после отключения электричества, когда перестала работать мобильная связь. Она утверждает, что в конкретном месте не удалось дозвониться и по номеру 112.
«Что мне дает заряженный телефон, если вышка отключается? Я все равно не дозвонилась бы ни до вас, ни до ГПСС», — похожую проблему описывает другая комментатор.
Еще один человек указывает, что именно неспособность мобильных операторов долго поддерживать связь вызвала наибольшее недоумение: «О себе мы, возможно, позаботимся, но почему связь вместо 72 часов не держится даже три?»
Другие тоже подчеркивают: человек может подготовить 72-часовую сумку, зарядить телефон и внешние аккумуляторы, но если нет мобильной сети, телефон фактически превращается лишь в фонарик.
Ципуле признает, что именно длительные перебои связи являются одним из самых существенных рисков в случае серьезного кризиса, и к этому должны готовиться как ответственные службы, так и жители.
В дискуссии особенно много критики прозвучало и по поводу доступности информации. Люди указывают: в момент, когда исчезли интернет и мобильная связь, радио стало единственным источником информации, однако там они ожидали гораздо больше практической и регулярно обновляемой информации о ситуации в разных регионах Латвии.
«Индивидуальная готовность была, но по радио вместо актуальных новостей была радиопьеса», — пишет одна жительница, добавляя, что ждала информации о том, что происходит с восстановлением электричества и связи.
Еще один человек указывает, что за пределами Риги тревога после нескольких часов без электричества, связи и информации была вполне реальной: «72-часовые запасы и генератор есть, но они не говорят, что произошло и чего ждать».
В комментариях звучат и вопросы о доступности топлива. Если у домохозяйства или службы есть генератор, это само по себе не решает проблему — необходимо и топливо, при этом часть автозаправочных станций во время перебоев с электроснабжением не работала.
Ципуле поясняет, что есть автозаправочные станции, которым предписано обеспечивать топливом транспорт служб в кризисных ситуациях. У служб также имеются запасы топлива для генераторов, необходимые для обеспечения непрерывности работы. По ее мнению, в таком кризисе существенна кооперация с торговцами топливом.
Часть участников дискуссии, впрочем, полностью согласна с высказанным Ципуле. Они указывают, что предупреждения о буре были распространены своевременно, и у людей была возможность зарядить телефоны и внешние аккумуляторы, наполнить емкости водой, подготовить еду, свечи и другие предметы первой необходимости.
«Устойчивость государства начинается с нас самих», — резюмирует один комментатор, подчеркивая, что в кризис службы не могут одновременно решить проблемы каждого домохозяйства.
Другие с этим не согласны и указывают, что требовать от людей быть полностью автономными 72 часа гораздо проще в частном доме, чем в многоквартирном. В квартире не всегда возможно использовать генератор, дровяную печь или создать большие запасы воды. Отдельные люди актуализируют и вопрос компенсируемых медикаментов — не всем пациентам возможно просто создать запас лекарств на несколько дней.
Другие напоминают о пожилых людях и людях с инвалидностью, для которых совет «подготовьте 72-часовую сумку» сам по себе не решает вопрос, как они получат помощь в кризисе, если исчезнет связь.
В дискуссии неоднократно звучал и упрек государственным учреждениям — нельзя всю ответственность перекладывать на плечи людей в то время, когда общество своими налогами финансирует критическую инфраструктуру и службы.
В свою очередь другие возражают: в кризис государство не является «поставщиком услуг», от которого можно ожидать, что оно немедленно решит все бытовые проблемы. Службы прежде всего должны заботиться о спасении жизней, расчистке дорог, работе больниц и критической инфраструктуре.
Ципуле подчеркивает, что во время бури Служба неотложной медицинской помощи продолжала работу — в колл-центре, руководстве и транспортных базах, а медики выезжали на вызовы в дождь, темноту и бурю. По ее словам, за два дня в общей сложности было выполнено около 1500 вызовов.
Отвечая на вопрос, были ли случаи, когда помощь не удалось получить, Ципуле указала, что все принятые вызовы были выполнены, хотя работу затрудняли проблемы со связью, заблокированные деревьями дороги и переход больниц на электроснабжение, обеспечиваемое генераторами.
