Обратная сторона латвийской борьбы с отмыванием денег для немецких инвесторов: пишут СМИ Германии 0
Благодаря многочисленным выдвинутым обвинениям в коррупции и отмывании денег борьба с незаконной финансовой деятельностью в Латвии неизменно получала высокую оценку других стран ЕС, пишет la.lv. Нигде за последние годы не было конфисковано столько денег и заморожено столько счетов, как в этой стране Балтии.
Но есть и обратная сторона медали, так как страна становится все более непредсказуемой для европейских инвесторов из-за чрезвычайно строгих национальных правил по борьбе с отмыванием денег и непоследовательной интерпретацией законов ЕС. Прежде всего, непропорционально высокая концентрация внимания по отношению к частным счетам вызывает беспокойство у немецких и европейских кредиторов.
Власти перегибают палку
Латвийские банки приобрели сомнительную международную репутацию в 2018 году, когда ABLV-Bank, будучи третьим по величине банком в стране, фактически обрушил всю систему. Были обнажены слабые места сектора, и FinCEN (Сеть по борьбе с финансовыми преступлениями) сделали Латвии выговор. Власти слишком часто закрывали глаза на возможную деятельность по отмыванию денег. За этим последовала основательная смена курса, и правительство в Риге провело радикальную зачистку. К сожалению, органы исполнительной власти, похоже, перегибают палку в толковании законов ЕС.
Невозможно компенсировать десятилетия пассивности чрезмерно агрессивными и формальными мерами. В прошлом году по подозрению в отмывании денег было конфисковано 1,5 млрд. евро – это больше, чем где бы то ни было. Для сравнения приводятся цифры в Германии, и они довольны смешные. Если сравнить ВВП двух стран и если бы Германия строго следовала латвийской FID (Служба финансовой разведки), в этой стране пришлось бы конфисковать около 170 миллиардов евро.
Вызов для иностранных инвесторов
Согласно данным Банка Латвии поток иностранных инвестиций в процентах от ВВП Латвии немного уменьшился с 2017 года. Виной тому является также и враждебность и предвзятость вовлеченных институций, таких как банки и Служба финансовой разведки (FID). В настоящее время для властей обычной практикой считается отслеживание переводов с частных счетов и замораживание денежных средств. Однако пострадавшие обычно не получают никакой информации о причинах таких подозрений. Из-за этого им так сложно себя защитить.
Причины могут быть разными, начиная от отсутствия подписи одной из сторон в договоре до незначительной разницы в информации между декларациями с разницей в несколько лет, и заканчивая записями телефонных разговоров, к которым пострадавшее лицо не имеет доступа. Кроме того, инвесторам в настоящее время необходимо хранить документы по всем финансовым операциям в течение длительного времени. Латвийские банки известны тем, что запрашивают доказательства финансовых операций своих клиентов даже за десять лет в ретроспективном порядке. Хотя законодательство не обязывает хранить эти документы в течение такого длительного времени.
Как работает система
Латвийские банки являются важным источником информации для органов исполнительной власти, так как они обязаны сообщать о любом подозрительном поведении своих клиентов. Основанием для этого являются законодательные нормы и официальные рекомендации Латвийской Комиссии рынка финансов и капитала (FKTK) и FID. Положения настолько обобщенные и неконкретные, что почти каждый подозреваемый или не подозреваемый потребитель попадает под эту схему. Если банк выявил потенциальное нарушение или подозрительную активность на счете клиента, некоторые из которых касаются 20-летней давности, все бремя доказательства своей невиновности ложится на управляющего счетом.
Самое странное заключается в том, что для обвинения достаточно субъективного мнения следователя о том, что средства «вероятно» могли иметь незаконное происхождение. Власти приравнивают между собой подозрительные операции, преступную деятельность и деятельность по отмыванию денег. Бремя доказательства своей невиновности при этом перекладывается на лицо, которое зачастую не имеет какой-либо возможности проверить точность обвинений против себя. Стандарт доказательства в данном случае снижен до уровня вероятности.
Система политической конфискации затрагивает также и Украинские счета
То же самое относится и к многочисленным гражданам Украины, которые в настоящее время не могут получить доступ к своим финансовым ресурсам, поскольку их счета были заморожены. В 2014 году Латвия активно продвигала инвестиции в свои банки, вызванные нестабильностью украинской финансовой системы. Около 200 банков, в том числе PNB Banka или Citadele Banka, в то время открыли представительства в Украине и привлекли украинских клиентов, таких как Ярошенко. На данный момент кажется, что даже при самом точном документировании сделок, честном предъявлении всех документов и детальном разъяснении всех обстоятельств следователю, инвестор не может быть уверенным в возвращении своего имущества.
Все подозрительные моменты ведут практически только в одном направлении – в государственную казну. Ускоренная конфискация предположительно полученных незаконным путем активов ведет практически к закрытию расследований по отмыванию денег, превращая основную цель уголовного права, а именно, осуждение виновных и защиту невиновных, в политически мотивированный механизм экспроприации. Однако в 2022 году мы надеемся увидеть изменения в законодательстве, которые дадут больше возможностей для доступа к доказательствам и защиты своих прав во время судебного разбирательства.
Приглашенные авторы – юридические эксперты Сандис Бертрайтис (FORT Legal),
Елена Квятковска (Rode&Partners),
Дайга Силиня (Davidsons un partneri)
