Неграмотность в 21 веке – реальность? 0
К нам в редакцию обратилась читательница и рассказала, что в одном из городских учреждений самоуправления ей довелось наблюдать следующую картину: смуглый молодой человек лет 25-и -30-и не смог подписать предложенный ему документ по причине … неграмотности!
То есть абсолютной – ни читать, ни писать он не умеет. В коридоре его ожидали беременная жена и двое ребятишек, по виду – младшего школьного возраста. Интересно, а они-то грамоте обучены? Как могло случиться, что в 21-м веке, в цивилизованной европейской стране, живут люди, не имеющие даже начального образования? Что послужило тому причиной : неблагополучие в семьях, бездействие учреждений образования, социальных служб, правоохранительных органов? Сколько таких людей в Даугавпилсе ? Все это мы попытались выяснить. Самое поразительное, что куда мы ни обращались с вопросам о не умеющих в наше время читать и писать взрослых людях, нигде этот вопрос не вызвал удивления. Ни в Управлении образования, ни в социальной службе, ни в полиции самоуправления : «Да, есть такие люди, да, знаем. Сколько? Да кто ж вам может сказать»… хочется спросить, это что, «издержки демократии» , и полную неграмотность можно объяснить свободой выбора человека? Не хочу, мол, в школу ходить – и не буду. Ну, уж нет. В тот момент , когда такой выбор происходит, за маленького ребенка несут ответственность родители, стало быть, они его и делают. К тому же, обязательность основное образование в нашей Латвии никто не отменял. Статья 4-я Закона об образовании гласит: «Обязательными являются подготовка детей с 5 лет к получению основного образования, а также получение основного образования или продолжение получения основного образования, до достижения ими возраста 18 лет».
Получается, что люди просто не посещали школу лет 15-20 назад, и никто этого не заметил? С просьбой прокомментировать ситуацию и рассказать, как дела обстоят сегодня, мы обратились к специалисту по защите прав детей Управления образования Майе Лаздане:
– А все ли дошколята «доходят» до школы? Те, кто не посещают детсады, могут просто выпасть из поля зрения.
– Есть такой государственный орган – Государственная служба качества образования (IKVD). Она присылает нам в Управление образования информацию о всех детях, достигших 7 лет , которые должны появиться в учебных учреждениях в новом учебном году. Если к определенному времени каких-то ребятишек никуда не зарегистрировали, они попадают в базы данных IKVD. Когда мы получаем такие списки, вместе с социальными педагогами мы идем по адресам, ищем, сразу выясняем, по каким обстоятельствам эти дети не в школе. Могу назвать такие цифры — 15-20 человек на весь город. Когда выясняем глубже, оказывается , что из них троим или четверым, нужно или специальное образование, или налицо полное попустительство родителей, т. к. семья находится в группе высокого социального риска.
– Где же все остальные?
– Как правило, за границей. Дети по-прежнему задекларированы в городе, но фактически проживают и поступают в школы за границей.
– Вернемся к прогульщикам. Как вы с ними работаете?
– Вызываем на комиссию. Это межинституциональная комиссия думы по профилактике правонарушений в работе с детьми. Работают администрации школ, социальные педагоги, подключаем социальных работников, полицию и любые другие государственные и муниципальные службы, способные помочь решить проблему. В поле зрения этой комиссии – около 70 человек. Это далеко не злостные прогульщики, которые отказываются посещать школу. Нельзя сказать , что у них отсутствует мотивация, скорее, есть проблемы поведения, так как, пропуская уроки, они могут даже умудряться хорошо учиться. В семьях таких детей бывают самые разные проблемы — от недостатка еды и одежды до пьянства родителей или полного отсутствия их контроля за детьми.
С таким проблемными семьями работает Отдел социальных услуг семьям с детьми Управления социальных дел. Приходилось ли встречаться с неграмотностью взрослых членов семьи и непосещением школ детьми в таких семьях, спрашиваем мы у его руководителя Ольга Пальчуне.
Ирина Соболева
