Армандс Пуче: дотянуть до пенсии и тихо смыться 0
Такова сверхзадача карьеры начальника Бюро по предотвращению и борьбе с коррупцией (KNAB) Екаба Страуме, которую он выполнил, соблюдая таинственность, секретность и, как это и полагается в спецслужбах, — с неизменным элементом неожиданности в придачу. До окончания его полномочий оставался год, но полковнику было на это плевать, потому что выслуженная пенсия сама шла ему навстречу и навязывалась.
KNAB — не простая организация: это одна из многих силовых, то есть структур безопасности, в нашем государстве, обладающая ярко выраженным репрессивным характером. KNAB не обязан отвечать за свою работу, потому что их от этого охраняет закон. Поэтому часто бывает так, что они что-то делают, а что будет в итоге — это уже иная свинья и иное поле…
Коллеги из прокуратуры время от времени тихо за спиной ругают кнабовцев за то, что те усложняют или, наоборот, чрезмерно упрощают процессуальные вызовы, не позволяя превратить подозрения в движение дела к весам Фемиды, не говоря уже о том, чтобы дойти до обвинительного приговора.
Однако сам KNAB это вообще не волнует — никогда не волновало, что можно назвать фирменным почерком учреждения. Главное — натянуть маски и сообщить об этом прессе. Таким образом у общества создаётся впечатление, что мы имеем дело с крутыми шишками, которые в основном находят и хватают плохих — лишь на короткий миг забегая домой, чтобы сменить вспотевшие носки.
Истоки KNAB были политизированным мероприятием, которое оплодотворил Эйнарс Репше с www.iedodietmanmiljonu.lv, а выносили те круги, которые теперь называют себя гражданским обществом. Поскольку организация возникла искусственно, они и вели себя очень искусственно, постоянно оглядываясь на своих идейных патронов с немыми вопросами — эй, мы всё правильно делаем, так будет окей, и всё в таком духе…
Всю эту жижу ещё дополняла некая бойкая сотрудница KNAB Юта — родившаяся как Анна, — которая принципиально сжирала любого начальника, находившегося в структуре бюро выше неё. Поскольку мятежница пользовалась поддержкой ангажированных медиа, работавших в национальном масштабе, демонизировать или унизить любого, кто не нравился Юте/Анне, — это было как помочиться в Даугаву…
Это было и время, когда другие сотрудники KNAB потихоньку откладывали на полках архива бюро различные прослушанные разговоры, чтобы позже использовать их, если вдруг нападёт зуд заказухи. Говорят, что большая часть этих записей была несанкционированной, но покажите ту птичку в латвийской правовой системе, которая пыталась бы об этом чирикнуть. Первый этап развития KNAB завершился бесстыдным переходом руководящих сотрудников в мирскую политику, что вместе с охраняемыми ими папочками компромата показало, что спецслужбы в этой стране занимаются самодеятельностью.
Появление Екаба Страуме во главе KNAB из Службы военной разведки и безопасности было как новые времена, которые наконец могли сделать бюро соответствующим поставленным перед ним целям. Во всяком случае, в период Страуме никому из сотрудников KNAB не предлагали миллионную взятку, так же как никто из сотрудников бюро открыто не подрабатывал консультантом в связанных с Россией компаниях и не выстраивал публичные отношения с баронами сигаретной контрабанды. KNAB жил зажиточно, штат вырос до 171 сотрудника…
Начальник тем временем отрабатывал публичный номер в соответствии с заведённым порядком, где главным образом нужно было удовлетворять мистический индекс коррупции и сохранять более-менее регулярное применение масок, когда они придумывали, что кого-то надо тряхнуть… Если не считать нескольких громких случаев, которые, конечно, как у KNAB заведено, — не закончились или не заканчиваются совершенно ничем —
в целом Страуме был ни рыба ни мясо, и в таком агрегатном состоянии он и решил, что пора уходить на пенсию.
Вот тут и начинается странное. О своём пенсионном возрасте, который составляет неприличные пятьдесят лет — как это определяет закон о выслуженных пенсиях, — Страуме узнал не вчера. Во всяком случае, претендуя на второй срок на посту начальника KNAB — на следующие пять лет, — полковник запаса никому не сказал, что на самом деле хочет работать только четыре года. Как и выяснилось в эти дни. Почему он не мог дотянуть ещё год?
Сам Страуме утверждает, что просто решил уйти на пенсию, и точка. Никакого подтекста. Однако подтекстов много. О своём решении он проинформировал Кабинет министров месяцем ранее, и это легло в глубокий ящик — как будто мы говорим о случае, когда государство воспользовалось аутсорсингом, чтобы обеспечить министров комплексными обедами.
Если верить нынешней исполняющей обязанности начальника KNAB, то и она, и другие сотрудники бюро о выходе Страуме на пенсию узнали в тот день, когда он буквально ушёл. Согласитесь — интересный подход со стороны ответственного лица, которое руководило по латвийским меркам большим и влиятельным коллективом специального назначения.
Было ли это политическое давление, которого он не выдержал? Возможно, потому что в последние годы Екаб Страуме шарахался от всего, где только сталкивались некрасивые дела партий правящей коалиции (JV) и её гражданского спутника (Pro). Ну ладно — зарплаты в конвертах, которые, как якобы платили в JV, как это в заявлении в KNAB описывает один член партии JV, будем считать мелочью, так же как мелочью является и мошенничество депутатов с доплатами.
Печально известные полёты, где рядом с Цицковскисом на скамье подсудимых должны были оказаться как минимум трое партийцев JV, включая премьера Кариньша? Или открытая халатность при строительстве Восточной границы — в присутствии гордых министров JV, парламентских секретарей и будущих премьеров? Может быть, вы что-то слышали о картеле строительства “Rail Baltica”, который курировала правозащитная ячейка партии «Прогрессивные»?
Помню, как радовалось пару лет назад всё правление «Прогрессивных», включая ряд открытых передних зубов министра финансов (JV), когда мы выпустили в народ облигации airBaltic с доходностью, от которой поперхнулись бы даже бывшие клиенты доктора наук по схемам Понци Мэдоффа. KNAB ничего не понимал и не знал? Ничего не подозревал? Но утром, когда Силиня решила оставить на лестнице свои премьерские туфельки, совершенно неожиданно KNAB вдруг приходит к министру от ZZS Краузе, чтобы пригласить его на чаепитие — по какому-то делу лесопромышленников, где на самом деле борются два предпринимателя, а решение принимали все (!) министры… Совпадение?
Может быть, Кулбергс вызвал Страуме и в упрощённом виде выложил перед ним методику Вероники из Элеи по картам, которые гадают будущее? Потому что всё недвусмысленно движется к тому, что кто-то за оставленное и заваренное дерьмо&навоз обязательно ответит, включая знаменитое бюро предотвращения и борьбы, которое не могло всего этого не видеть. Если не могло, значит участвовало? Если не участвовало, значит саботировало — что опять же является нарушением, описанным в уголовном законе.
В городе говорят, что у Страуме есть проблемы с зависимостями. Не верю, хотя его эстетическая манера объявить о своём уходе на пенсию — заставила улыбнуться.
Так обычно врут алкоголики или анонимные алкоголики, решившие какое-то время не прикасаться к рюмке. Так ведёт себя человек, который обделался в штаны и спрашивает у других — чем это тут воняет… Полковник Страуме знает больше, чем нам сказал. И речь не о выходе на пенсию в пятьдесят лет.
Смешным был и неравнодушный вывод гражданских авантюристов по поводу этого своеобразного случая именно в эти дни. “Delna” и “Providus” советуют не спешить с выбором нового начальника KNAB. На что они рассчитывают? Думают, что после выборов снова смогут выбрать такого, который ест из поставленной перед ним мисочки? Такого, который может быть, а может и не быть…
