Сотрудники сиротского суда украли новый год у мальчика 0
Grani.lv рассказывали об 11-летнем сыне моей племянницы в статье «Сотрудники сиротского суда защищают насильника и вредят матери и ребенку?».
Накануне нового года Даугавпилсский районный суд, прислушавшись к показаниям сиротского суда, определил временное место жительства ребенка с явно неадекватным отцом. В качестве единственного доказательства сиротского суда были представлены показания запуганного отцом ребенка, который якобы сердится на маму и хочет жить с папой. Рапорт, составленный полицейским 18 мая, в котором четко говориться: «По словам ребенка, если он не будет делать так, как говорит папа, то папа физически накажет его и маму», Даугавпилсский сиротский суд вообще оставил без внимания. В деле сиротского суда, с которым я ознакомилась в конце декабря, его не было.
31 декабря папа ребенка весь день посылал маме Игоря сообщения, что лучшим подарком сыну на Новый год будет ее приезд в деревню. Так как одна она ехать боялась, решила ее поддержать. Мы взяли с собой подарки, Деда Мороза и отправились вечером поздравить мальчика. Поначалу папа двери нам не открыл. Потом открыл, но удалился в комнату, в которой находился мальчик, и закрыл двери. Сын начал рыдать. Ему, как и всем детям, хотелось нормального нового года, хотелось обнять маму и получить подарки от Деда Мороза. Но в планы отца это явно не входило. Его условием было, чтобы мама ребенка приехала одна (И тогда можно было творить с беззащитной женщиной, что хочешь!).
Поездка в Прейльский край от Даугавпилса заняла на машине 1,5 часа в одну сторону. Мама сына так и не увидела. Судя по сообщениям папы, ребенок очень долго не мог успокоиться и проплакал весь новый год. За что можно отдельно «поблагодарить» сотрудников Даугавпилсского сиротского суда, которые наверняка встретили новый год веселее бедного ребенка.
Кстати, поездка к черту на кулички совсем не стала напрасной. В поселке мы повстречали местных жителей, которые пребывают в шоке от решения суда. Все встреченные жители как один сказали, что отец ребенка невменяемый, и не понимают, как ему могли отдать сына. Его в поселке, как оказалось, боятся все женщины и дети, а мужчины презирают.
«Мы не понимаем, почему нас никто не спросил, ведь мы его знаем всю жизнь», – говорят жители, готовые рассказать обо всех «подвигах» отца несчастного мальчика правоохранительным органам.
Наверное, жителей не спросили потому, что таковы методы работы Даугавпилсского сиротского суда? Ведь рапорту полицейского они тоже не верят, а мама ребенка, мол, сама виновата, что не хочет наедине встречаться с насильником. Что же до реальных отношений матери и сына, а не выжатых из мальчика папашей, то сиротский суд мог в этом убедиться – два часа мама с сыном в суде просидели в обнимку, пока папа был закрыт в зале суда. Сиротскому суду было об этом сообщено. Но ответственным работникам, судя по всему, на это наплевать. Ими из Даугавпилсского суда были запрошены лишь аудиозаписи с судебного заседания. А не видеозапись настоящих отношений матери с сыном, когда тот находится на безопасном от папы расстоянии.
Я человек достаточно начитанный, но нигде не доводилось читать, чтобы жертве домашнего насилия нужно было встречаться с насильником. Может, я чего-то не знаю? Спросила об этом у сертифицированного гештальт-терапевта Надежды Зейглиш.
«Я работала в кризисном центре для жертв домашнего насилия в Огре. Там такой практики не было. Встречи ребенка в присутствии родителя обычно назначают в интересах ребенка. Но только тогда, когда тот родственник, с которым назначают такие встречи, для ребенка могут быть небезопасны и травматичны. – Об этом же говорили и медиатор, с которым встречалась моя племянница, и психолог. А сиротский суд Даугавпилса настаивает на встречах ребенка в присутствии папы. Мол, пусть ходит в гости к папе, там и общается с сыном. А она физически видеть этого мужчину не может, у нее ноги подкашиваются и руки трясутся от всего ранее пережитого. – Настаивать на таких встречах мамы с сыном в присутствии другого взрослого без зафиксированных случаев насилия с ее стороны никто не имеет права. Такое требование неправомочно. – Спасибо за интервью».
