Раймонду Паулсу – 88! 0
Сегодня легендарному Маэстро исполняется 88 лет. И как всегда в этот день Раймонд Паулс выйдет на сцену, пишет www.freecity.lv.
Первый раз без Ланы
В 19.00 Паулс выйдет к роялю в Малом зале «Дзинтари», разомнет по привычке руки, и со сцены польется его изумительная музыка. Этот многолетний ритуал не нарушит даже потеря в этом году его ангела-хранителя, его любимой жены Ланы. Лана – на небесах, и сейчас время должно быть наполнено музыкой еще больше, чем это было до ухода Ланы.
Вместе с Паулсом сегодня выступят бигбенд Латвийского радио и Паула Сайя. Паула Сайя – еще одна певица, которую Маэстро ставит на крыло. В октябре прошлого года вышел новый альбом «Паулс и Паула», о котором маэстро сказал лаконично: «Думаю, народу он понравится».
«Ирония окружает меня защитной стеной»
Однажды журналистка Элита Вейдемане спросила у Паулса: «Что вы скажете Богу, когда предстанете перед ним и он спросит: что ты дал людям? Что хорошего и что плохого?» Паулс ответил в своей манере: «Я делал дело, которое поручил мне Бог. Я должен был его делать, как и любой другой человек должен делать свою работу. Я старался быть честным. Я, конечно, мог бы сказать, что я всегда был честен, что я был ненормально талантлив, но было бы противно так хвастаться. Вы говорите: это моя резкая ирония? Да-да, она окружает меня защитной стеной, но с этой иронией я действительно говорю то, что имею в виду. Так что… Лучше пусть Бог примет меня таким, каким я был на самом деле, а не таким, каким мне хотелось бы себя видеть».
Паулсу не нравится, когда его называют гениальным. По его словам, это выдумка журналистов.
«Группа «Beatles» легендарна, это точно, – говорит он. – Пусть те, кто будет жить через пятьдесят лет, посмотрят: как люди будут реагировать на имя Раймонда Паулса. Я просто хочу, чтобы люди относились ко мне так же, как я относился к ним. Может быть, я не все сделал так, как надо было, но я никогда не хотел никому причинить вреда, разве что- у меня были свои цели, которых я достиг, обидев кого-то. Я отдалился от людей, с которыми что-то делал, но это моя профессия… В искусстве нет пощады. Кажется, мне удалось сохранить себя таким, каким я был всю жизнь. Я даже не сумел использовать те огромные преимущества, которые давала мне популярность, а если и сумел, то, может быть, процентов на десять…»
